Гарри Поттер и роковые мощи

Смотрите также:

- 75 -

– Обожаю эту песню, – сказала Луна, покачиваясь в такт мелодии вальса, после чего встала, дошла до площадки и начала в одиночестве кружить на месте, закрыв глаза и плавно помахивая руками.
– Она бесподобна, правда? – с восхищением заметил Рон. – Просто прелесть.
Но улыбка тут же сошла с его лица: на освободившийся стул Луны уселся Виктор Крум. Гермиона заволновалась в предвкушении, однако, на этот раз Крум не собирался делать ей комплименты. Нахмурившись, он спросил: “Кто этот мужчина в жёлтом?”
– Это Ксенофилий Лавгуд, отец нашей подруги, – ответил Рон. Его воинственный тон говорил о том, что они не склонны смеяться над Ксенофилием, несмотря на явную провокацию. – Идём танцевать, – резко добавил он Гермионе.
Застигнутая врасплох, но в то же время довольная, она поднялась со стула, и они вместе слились с растущей толпой на танцплощадке.
– Они что, снова вместе? – растерянно спросил Крум.
– Э… типа того, – ответил Гарри.
– Тебя как зовут? – спросил Крум.
– Барни Уизли.
Они пожали руки.
– Слушай, Барни, ты хорошо знаэшь этого Лавгуда?
– Нет, сегодня впервые познакомился, а что?
Крум сердито глянул поверх своего бокала, наблюдая за Ксенофилием, болтавшим с несколькими волшебниками с другой стороны площадки.
– Потому что, если бы он нэ был гостем Флёр, я бы немедлэнно вызвал его на дуэль, за то, что он носит на груди этот мэрзкий знак.
– Знак? – Гарри тоже взглянул на Ксенофилия. Странный треугольный глаз сверкал на его груди. – И что? Что в нём такого?
– Гриндевальд. Это знак Гриндевальда.
– Гриндевальд… тёмный маг, которого победил Дамблдор?
– Именно.
Крум так сжимал челюсти, словно что-то жевал. Затем он добавил:
– Гриндевальд убил многих людэй, в том числэ моего отца. Разумеется, в этой странэ он не имэл такой власти – говорят, он боялся Дамблдора… и правильно делал, судя по тому, как он закончил. Но это, – он указал пальцем на Ксенофилия, – это его знак. Я зразу узнал его. Он высэк его на стенэ в Дурмштранге, когда учился там. Некоторые идиоты копировали его себе на учебники и на одэжду, думали, что это устрашает и выглядит впечатляюще, пока те из нас, чьи родитэли погибли от руки Гриндевальда, не проучили их как слэдует.
Крум угрожающе хрустнул костяшками пальцем и сердито взглянул на Ксенофилия. Гарри был абсолютно сбит с толку. Это казалось совершенно неправдоподобным, что отец Луны поддерживал тёмные силы и что никто из присутствующих, казалась, не узнавал треугольной фигуры, похожей на руну.
– А ты… э… уверен, что это Гриндевальда?..
– Я не ошибся, – холодно ответил Крум. – Я нэсколько лэт ходил мимо этого знака и прекрасно знаю его.
– Знаешь, вполне может быть, что Ксенофилий толком и не знает, что означает этот символ. Лавгуды, они малость… необычные. Он запросто мог где-нибудь поднять его и решить, что это голова мяторогого хрюка в разрезе или ещё чего.
– Что в разрэзе?

- 75 -

Переидти к оглавлению

Страницы: 76 77 78